С радостью сшиты покровы весны из парчи и атласа,
Радостно кругом священным расставлены красные свечи,
В радость одетая, из океана противоречий,
Из недр затаенной боли, из меня самого, отрекшегося от Слова,
Восстаёшь Ты, как из лотоса.
О, рогатая молодой луной,
О, многоочитая лукавыми ирисами,
О, благоухающая жженой травой,
О, Арка совершенного наслаждения, зачавшая меня нового в любовном поединке Иллюзии и Реальности!
Скамьей тебе служит мое тело,
Ты восседаешь на моей груди, как на троне,
Ты пьёшь вино из чаши моей головы,
Ты веселишься, поешь, играешь на дудках моих костей.
Ты требуешь танца, и я двигаюсь и скачу в ритме приятном для твоего затянутого хмельной паволокой глаза…
О, жаркая, я томлюсь по Тебе, по всему первобытному и естественному,
По власти и всемогуществу природы, по мухе, слону и вепрю,
По ясеню, дубу и баньяну.
И вот ты испытываешь безумный прилив вдохновения…
Влекомая желанием творить, ты сама пускаешься в танец,
Заламываешь руки, трясешь головой, проворно бьешь стопой о мою грудь.
Ты пускаешься в танец, во время которого из твоего лона появляется ткань мироздания,
Сотканная из формул слияния и превращения первоэлементов и первоидей в космос, природу и меня.
Все пульсирует, движется, растет, видоизменяется, смешивается, эволюционирует,
Миллиарды лет для тебя о, Мать, пролетают как мгновения.
Волны безудержного вдохновения с неистовой силой накатывает на тебя вновь и вновь, Твой танец больше не ритмичен, твои движения спонтанны и хаотичны,
Ты одержима своим творением,
Твои посиневшие губы дрожат, взгляд теряет осмысленность,
Он восторжен и дик!
Твое горло клокочет и хрипит, и вот, Мать, ты издаешь вопль иллюзорности.
Только что сотворенные Тобою формы ломаются, растекаются, пожирают сами себя, забывают имя, становятся абсурдом.
Среди мезозойских лесов вырастают сверкающие металлом и стеклом города,
Пресмыкающиеся обретают способность мыслить и творят свои религии,
А люди с воинственным кличем рвут на части, то, что еще вчера превозносили.
Эпоха накладывается на эпоху, ткань бытия истончается, рвется, сгорает,
Все превращается в иллюзию, реальна лишь ты о, Калика, о, Мария!
И я, я больше не песчинка, не случайность, не жертва фатальности, не колеблемый житейскими волнами кораблик.
Я обелиск, я мраморное подножие Той, которая когда-то приняла образ моей матери и родила меня,
Той, которая приходила ко мне в образе возлюбленных мною женщин, и женщин от которых я хотел только минутного удовольствия,
Той, которая приходит ко мне в самых ужасных и прекрасных снах,
Той, которую я слышу в музыке и вижу в искусстве,
Той, которую буду вожделеть и любить до смерти…
О, Мать, научи меня зреть сквозь мысли, сквозь пространство, сквозь время, сквозь опыт, сквозь камень и воду, сквозь жизнь и смерть!
Дай мне постичь взаимозависимость всех вещей!
Дай мне постичь Твою природу как единственную реальность!
Пусть я буду здоров и богат Тобой, пусть искры моего вдохновения дотла сожгут этот мир.
Отними вульгарную совесть, упраздни закон!
Напои живородящим хаосом из своих сосцов!
О, как ты молода, наивна и не знаешь, что вся пронизана, продана светом,
Ты уже во мне, в моем желтоватом сухом огне, в моих нетерпеливых объятьях.
Вот ты поворачиваешься, цепко выхватываешь меня из темноты,
И поначалу твои глаза пусты, потом они, как два ведра с кровью…
Ты гневаешься и смеёшься, ты пристально разглядываешь меня через прозрачную плоть,
Через цветное девичье стеклышко…
Комментариев нет:
Отправить комментарий