"Находясь в Англии, Бальмонт увлекся теософией. Он с упоением прочитал книгу Е.Блаватской "Голос Молчания" ("The Voice of the Silence"), в которой был широко использован индийский материал (Упанишады, "Бхагавадгита", буддийские тексты и т. д.).  

Экземпляр книги он послал в Москву Брюсову. Поклонник античной философии, Брюсов не разделял теософских увлечений своего друга. "Вы заблуждаетесь, — писал он, — индийской мудрости нет... Эллины более правы, чем мантры. Можно сказать "майя", можно говорить "заблуждение Я", но нельзя не мыслить себя свободным, нельзя не чувствовать себя свободным, нельзя ни человеку, ни ангелу, ни даже сверхчеловеку" (апрель 1898 г.). Полемика поэтов возникла, очевидно, после написания Бальмонтом стихотворения "Майя" (условно — иллюзия. — Г. Б.-Л.).

Показательно, что уже в ранних сборниках индийская культура соотносилась Бальмонтом со славянской.  

Я знаю, что Брама умнее, чем все

бесконечно-именные боги.

Но Брама — Индиец, а я — Славянин.

Совпадают ли наши дороги?  

("Литургия красоты". М. 1905)  

Этот вопрос поэт решал своей жизнью. Тема сопричастности Индии проходит через все его творчество. Индийская культура воспринимается им как духовно близкая, он осознает нерасторжимую связь с ней."